НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД
АУТЕНТИЧНЫЙ ТЕКСТ РАЗМЕЩЕН 
НА САЙТЕ Европейского Суда по правам человека
www.echr.coe.int
в разделе HUDOC

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО «АБДУРАХМАНОВА И АБДУЛГАМИДОВА ПРОТИВ РОССИИ»

(Жалоба № 41437/10)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. СТРАСБУРГ

22 сентября 2015 года

вступило в силу 1 февраля 2016 г.

Настоящее постановление вступило в силу в порядке, установленном в пункте 2 статьи 44 Конвенции. Может быть подвергнуто редакционной правке.

По делу «Абдурахманова и Абдулгамидова против России»
Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой, в состав которой вошли:
	Андраш Шайо, Председатель,
	Ханлар Гаджиев,
	Юлия Лаффранк,
	Пауло Пинто де Альбукерке,
	Линос-Александр Сицильянос,
	Эрик Мос,
	Дмитрий Дедов, судьи,
а также Андрэ Вампаш, Заместитель Секретаря Секции,
проведя 1 сентября 2015 года совещание по делу за закрытыми дверями,
вынес следующее постановление, утвержденное в вышеназванный день:
ПРОЦЕДУРА
1.  Дело было возбуждено по жалобе (№ 41437/10) против Российской Федерации, поданной в Европейский Суд согласно статье 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция) 22 июля 2010 года.гражданами Российской Федерации Ажой Абдурахмановой и Сабиной Абдулгамидовой (далее – заявители).
2.  Интересы заявителей представляли юристы Европейского центра защиты прав человека/Правозащитного центра«Мемориал» (далее — Мемориал), неправительственной организации с офисами в Москве и Лондоне. Интересы властей Российской Федерации (далее — власти) представлял Г. Матюшкин, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.
3.  Заявители утверждали, что их родственник был похищен представителями властей в Дагестане в России, и впоследствии пропал без вести, а власти не провели соответствующего эффективного расследования.
4.  Жалоба была коммуницирована властям 15 октября 2010 года.
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
5.  Заявители, 1950 и 1987 года рождения соответственно, проживают в городе Махачкале. Заявители являются матерью и женой Абдурахмана Абдурахманова (в представленных документах также упоминается как Абдурашидов), 1985 года рождения.
A.  Похищение родственника заявителей
1.  Версия заявителей
(а) Общие сведения
6.  Второй заявитель и ее муж Абдурахман Абдурахманов проживали в городе Москве с 2008 года. В середине июня 2010 года второй заявитель отправилась в Махачкалу навестить родственников. 24 июня 2010 года ее муж Абдурахман Абдурахманов прибыл из Москвы, и в тот же день они отправились к сестре Абдурахмана Абдурахманова, Ф.Ш., проживающей по адресу: Дагестан, г. Каспийск, ул. Советская, д. 29.
7.  Первый заявитель и ее муж, федеральный судья Ленинского районного суда города Махачкала, проживали по адресу г. Махачкала, ул. Гаджиева, д. 11.
(б)  События в Махачкале
8.  25 июня 2010 года приблизительно в 20:00 группа, состоящая из пяти сотрудников Советского районного отдела внутренних дел города Махачкалы (далее — Советский РОВД), прибыла в дом первого заявителя. Один из них, представившийся Шамилем, предъявил первому заявителю постановление о задержании № 6/3-3726, выданное на имя ее сына Абудрахмана Абдурахманова и подписанный капитаном А. Плугиным, следователем следственного управления Федеральной службы безопасности (ФСБ). В соответствии с постановлением о задержании Абдурахман Абдурахманов подозревался, среди прочего, в участии в террористической деятельности.
(в)  События в Каспийске
9.  На момент рассматриваемых событий, 25 июня 2010 года, второй заявитель и ее муж Абдурахман Абдурахманов навещали родственницу Ф.Ш. в городе Каспийске. В этот же день приблизительно в 21:00 группа, состоящая из пяти-семи человек, некоторые из которых были в черных масках, прибыла к дому Ф.Ш. на черном автомобиле ВАЗ-2107 («Приора») с регистрационным номерным знаком, включающим числа 256 или 259 и буквы РН. Один из них сообщил второму заявителю, что они из милиции. Эти люди похитили Абдурахмана Абдурахманова на улице. возле дома. Сначала они стреляли в него по ногам, затем повалили его, посадили в автомобиль и уехали. Похищение было совершено днем в присутствии свидетелей, среди которых были соседи и родственники заявителей.
10.  Сразу после отъезда похитителей несколько сотрудников милиции, некоторые из которых были в форме, а некоторые — в гражданской одежде, прибыли на место стрельбы на двух милицейских автомобилях; без каких-либо объяснений они собрали гильзы, оставшиеся после происшествия.
2.  Информация, представленная властями
11.  Власти не оспаривали версию похищения, представленную заявителями, указав, что она «не противоречит информации, собранной органами власти в ходе расследования».
Б.  Официальное расследование похищения
1.  Жалобы заявителей в органы власти и заявления о проведении расследования
12.  25 июня 2010 года приблизительно в 21:00, сразу после происшествия, второй заявитель позвонила по телефону из Каспийска первому заявителю в Махачкалу и сообщила ей о похищении.
13.  Утром 26 июня 2010 года первый заявитель подала заявление о похищении в ФСБ Дагестана и в прокуратуру Республики Дагестан. Она указала, что в день похищения к ней пришли пятеро сотрудников Советского РОВД, которые предъявили ей постановление о задержании ее сына, выданное капитаном ФСБ А. Плугиным; что сразу после их визита второй заявитель позвонила ей из Каспийска и сообщила о похищении Абдурахмана Абдурахманова группой вооруженных мужчин, которые открыли огонь из огнестрельного оружия и немедленно после происшествия группа сотрудников милиции собрала оставшиеся гильзы.
14.  28 июня 2010 года ФСБ Дагестана сообщила первому заявителю, что направила ее заявление в прокуратуру Республики Дагестан. 29 июня 2010 года прокуратура сообщила, что направила заявление в прокуратуру города Каспийска.
15.  28 июня 2010 года первый заявитель обратилась с заявлением о похищении в Министерство внутренних дел (МВД) Республики Дагестан и представила подробное описание обстоятельств похищения, включая выезд к ней домой сотрудников милиции и сбор гильз после отъезда похитителей. 5 августа 2010 года МВД Республики Дагестан сообщило ей, что направило ее заявление в городской отдел внутренних дел (ГОВД) города Каспийска.
16.  6 июля 2010 года прокуратура города Каспийска сообщила первому заявителю, что направили ее заявление в следственный отдел для проведения предварительного следствия.
17.  В период с 13 по 19 июля 2010 года прокуратура города Каспийска направила одиннадцать запросов в различные правоохранительные органы с целью установить местонахождение Абдурахмана Абдурахманова и получить информацию о его возможном заключении под стражу и причинах такого заключения. Прокуратура города Каспийска также направила запрос о предоставлении копии постановления о задержании, использованного сотрудниками милиции Советского РОВД, и информации об участии Абдурахмана Абдурахманова в экстремистской или незаконной деятельности.
18.  15 июля 2010 года первый заявитель обратилась с заявлением о похищении в прокуратуру горда Каспийска и просила сообщить, было ли возбуждено уголовное дело с целью расследования этого происшествия, и, если да, просила предоставить информацию о ходе расследования.
19.  В тот же день, 15 июля 2010 года, первый заявитель снова подала заявление о похищении сына в следственный отдел прокуратуры города Каспийска. В заявлении было указано, среди прочего, что похищение было совершено сотрудниками милиции днем и в присутствии множества свидетелей. Заявитель просила органы власти принять срочные меры для проведения расследования и защиты ее сына. В частности, она просила следователей принять следующие меры: признать ее потерпевшей по уголовному делу; допросить ряд свидетелей похищения, включая второго заявителя, Ф.Ш., Д.А., С.Г. и Р.А.; установить, какие уголовные обвинения были выдвинуты против Абдурахмана Абдурахманова, и был ли он объявлен в розыск; установить личности пятерых сотрудников милиции, которые приходили к заявителю в Махачкале 25 июня 2010 года, и изъять постановление о задержании, подписанное капитаном А. Плугиным; а также найти последнего и автомобиль похитителей.
20.  16 июля 2010 года первый заявитель обратилась в прокуратуру города Каспийска с заявлением о принятии дополнительных следственных мер для установления местонахождения ее сына. В частности, она просила запросить информацию в различных изоляторах временного содержания в Дагестане о том, содержится ли там под стражей Абдурахман Абдурахманов, а также просила возбудить уголовное дело по факту похищения.
21.  16 июля 2010 года адвокат заявителя обратился к следователю ФСБ капитану А. Плугину с заявлением о похищении и использовании сотрудниками милиции Советского РОВД постановления о задержании. Заявление включало в себя подробное описание происшествия и указание того, что сотрудники милиции предъявили первому заявителю постановление о задержании, предположительно подписанное капитаном А. Плугиным. 23 августа 2010 года капитан А. Плугин ответил, указав, что «...никаких постановлений о заключении Абдурахмана Абдурахманова под стражу Советскому РОВД не давалось...» и что заявителям следует подать заявление о похищении в прокуратуру.
22.  17 июля 2010 года первый заявитель снова обратилась с заявлением к начальнику ФСБ Дагестана и прокурору Дагестана (см. пункт13 выше). Она утверждала, что Абдурахман Абдурахманов был похищен сотрудниками милиции или ФСБ из Дагестана и просила правоохранительные органы оказать содействие в установлении его местонахождения.
23.  19 июля 2010 года первый заявитель обратилась с жалобой в Генеральную прокуратуру РФ. Она представила подробное описание обстоятельств похищения и подчеркнула, что постановление о задержании за исходящим номером 6/3-3726, предположительно подписанное капитаном А. Плугиным, могло быть подделано сотрудниками милиции. Она также указала, что похитители сообщили второму заявителю о том, что являлись сотрудниками милиции и что все ее попытки установить местонахождение ее сына посредством жалоб в местные правоохранительные органы не принесли ощутимых результатов. Заявитель также указала, что из неустановленного источника она узнала, что 25 июня 2010 года сотрудниками милиции или ФСБ проводилась специальная операция в отношении ее сына, и ходатайствовала перед органами власти о проведении эффективного расследования происшествия.
24.  21 июля 2010 года первый заявитель снова подала заявление о похищении в ФСБ Дагестана. 30 июля 2010 года она получила ответ с информацией о том, что ее жалоба была направлена в прокуратуру Дагестана.
25.  5 августа 2010 года первый заявитель подала жалобу начальнику ФСБ России. Она указала, что ее сын был похищен сотрудниками правоохранительных органов и что ответы, полученные из ФСБ Дагестана, не содержали существенной информации. Заявитель спрашивала, осуществлялось ли уголовное судопроизводство в отношении ее сына, подозревался ли он в совершении преступления, и выдавал ли капитан А. Плугин постановление о задержании ее сына. Она также ходатайствовала о предоставлении информации о местонахождении ее сына и причин его заключения под стражу. В неустановленный день в августе 2010 года ФСБ России ответила заявителю, указав, что ее сын не обвинялся в совершении каких-либо правонарушений и что ФСБ не отдавала распоряжений Советскому РОВД о заключении ее сына под стражу.
26.  11 августе 2010 года первый заявитель подала жалобу генеральному прокурору РФ, начальнику ФСБ РФ и главе российского МВД на незаконное заключение под стражу ее сына Абдурахмана Абдурахманова сотрудниками правоохранительных органов. Она также запрашивала информацию о том, являлся ли ее сын подозреваемым по уголовному делу № 17822, и если да, какие обвинения были выдвинуты против него.
27.  13 августа 2010 года адвокат заявителей запросил у прокуратуры Дагестана информацию об уголовных обвинениях, выдвинутых против Абдурахмана Абдурахманова и месте его содержания под стражей.
28.  20 августа 2010 года заявители снова подали заявление о похищении в прокуратуру Дагестана и в МВД Дагестана. Они указали, что местные правоохранительные органы постоянно отрицали свою причастность к похищению Абдурахмана Абдурахманова, но начальник Советского РОВД сообщил им, что их родственник был заключен под стражу сотрудниками РОВД и передан в Центр по противодействию экстремизму и терроризму МВД РФ по РД. Тем не менее, по словам заявителей, указанный Центр отрицал факт содержания Абдурахмана Абдурахманова под стражей.
29.  В неустановленный день в августе 2010 года Совет судей Республики Дагестан пожаловался от имени заявителей начальнику ФСБ РФ и министру внутренних дел РФ. В жалобе было указано, что похищение Абдурахмана Абдурахманова, вероятнее всего, было совершено сотрудниками правоохранительных органов, в частности сотрудниками Советского РОВД, и что соответствующее уголовное расследование было неэффективным.
30.  24 августа 2010 года Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации сообщил Совету судей Республики Дагестан, что заявление о похищении Абдурахмана Абдурахманова было направлено в прокуратуру.
2.  Официальное расследование похищения
31.  В ответ на запрос Европейской Суда о предоставлении копий материалов расследования по делу о похищении Абдурахмана Абдурахманова власти представили соответствующие документы на семидесяти восьми страницах. Их содержание можно резюмировать следующим образом:
32.  28 июля 2010 года прокуратура города Каспийска начала расследование похищения Абдурахмана Абдурахманова в соответствии с частью 2 статьи 126 Уголовного кодекса (похищение человека при отягчающих обстоятельствах). Данному делу был присвоен номер 006210.
33.  29 июля 2010 года следователи осмотрели место преступления. Никаких доказательств собрано не было.
34.  В тот же день, 29 июля 2010 года, следователи признали первого заявителя потерпевшей по уголовному делу и допросили ее. Она предоставила подробное описание обстоятельств похищения, включая выезд сотрудников милиции к ней домой в Махачкале, и указала, что из неустановленных источников узнала, что ее сына содержали под стражей в Центре по противодействию экстремизму и терроризму МВД РФ по РД.
35.  30 июля 2010 года следователи допросили родственницу заявителя Ф.Ш., которая показала, что являлась свидетелем похищения Абдурахмана Абдурахманова группой из семи человек в штатском, пятеро из которых были в масках. По словам свидетеля, похитители открыли огонь и заставили Абдурахмана Абдурахманова сесть в черный автомобиль ВАЗ2107 («Приора») с регистрационным номерным знаком E256 или E259. Многие соседи, которые также являлись свидетелями похищения, позднее сообщили ей, что похитители были на двух автомобилях ВАЗ-2107 черного цвета.
36.  30 июля 2010 года следователи допросили Р.А. и второго заявителя, показания которых об этих событиях были аналогичны показаниям Ф.Ш. Второй заявитель добавила, что приблизительно через 15-20 минут после похищения на место происшествия прибыли два полицейских автомобиля. Группа сотрудников милиции, некоторые из которых были в форме, а некоторые — в гражданской одежде, осмотрели землю с помощью фонарей в поисках гильз.
37.  2 августа 2010 года начальник отдела уголовного розыска Каспийского РОВД сообщил следователям, что свидетелей похищения установить не удалось.
38.  Из представленных документов следует, что 12 августа 2010 года начальник отделения милиции № 1 города Махачкалы направил следователям письмо № 2/4298, в котором указал, что 25 июля 2010 года четверо сотрудников милиции, М.Д., Д.М., М.З. и М.А., согласно распоряжению ФСБ РФ № 6/33726 от 16 июня 2010 года, вынесенного в рамках расследования по уголовному делу № 171822, прибыли в дом судьи Ленинского района города Махачкалы Ш.А. с целью установить местонахождение его сына Абдурахмана Абдурахманова. Сотрудники милиции допросили первого заявителя, которая сообщила им, что ее сын и его жена находились в городе Москве. Сотрудники милиции не принимали участия в задержании Абдурахмана Абдурахманова.
39.  2 сентября 2010 года начальник Департамента надзора и контроля Следственного комитета Республики Дагестан рассмотрел уголовное дело, возбужденное по факту похищения. Он подверг следователей критике по причине непринятия ими определенных мер и распорядился о принятии мер по исправлению. В частности, в документе отмечалось следующее:
«... Рассмотрение материалов дела показало, что расследование было неорганизованным, что самые важные обстоятельства преступления не были установлены и выяснены, и что необходимые меры для их установления не были приняты...
[Заявитель] Абдурахманова указала, что 25 июля 2010 года приблизительно в 20:00 пятеро мужчин прибыли в ее дом. Они представились сотрудниками Советского РОВД города Махачкалы. Один из них, по имени Шамаль, предъявил ей постановление о задержании ее сына А.А. Абдурахманова, подписанное следователем ФСБ А. Плугиным...
Позднее в тот же день она узнала о похищении ее сына в Каспийске неизвестными лицами в масках..., которые применили огнестрельное оружие и скрылись с места преступления. Вскоре после этого сотрудники милиции прибыли на место, и, по словам соседей, собрали гильзы и уехали.
Для проверки показаний Абдурахмановой необходимо осуществить следующие меры:
- установить личности сотрудников милиции, которые выезжали к ней, а также следователя из Советского РОВД по имени Шамиль...
- допросить всех сотрудников милиции в городе Каспийске, которые находились на службе 25 июня 2010 года, с целью выяснить, были ли они вызваны на место стрельбы и похищения по адресу ул. Советская, д. 29...
- допросить всех свидетелей, включая соседей по ул. Советской, о рассматриваемых событиях, и установить регистрационные номерные знаки автомобилей, использованных сотрудниками милиции, которые прибыли на место преступления после похищения...
...в письме ФСБ Дагестана от 4 августа 2010 года указано, что ФСБ направила письмо в Следственный комитет (№ 5/3170 от 3 июля 2008 года) в отношении А. Абдурахманова, в котором было указано, что Следственный комитет Республики Дагестан проводил расследование по делу № 6021567 в отношении... бандитского формирования, которое планировало убийство сотрудников милиции в городе Махачкале, а также террористические акты. Одним из членов этой группы являлся А. Абдурахманов... который поддерживал тесный контакт с активными членами бандитского движения, ведущего подрывную деятельность, оказывал помощь и являлся соучастником.  В частности, А. Абдурахманов укрывал в своей квартире вооруженных членов бандитского формирования, которые скрывались от органов власти...
Следствие по уголовному делу № 171822, возбужденному ФСБ России, получило информацию о деятельности организованной вооруженной группы в Дагестане и Москве, целью которой были оказание помощи и участие в вооруженном бандитском движении в Дагестане... следствие получило информацию об участии А. Абдурахманова в деятельности этой группы...
В связи с вышеизложенным следователям необходимо осуществить следующие действия:
- обратиться к следователю ФСБ А. Плугину по вопросу об оперативно-розыскных мероприятиях, подлежащих осуществлению в отношении А. Абдурахманова...».
40.  20 сентября 2010 года следственное управление ФСБ сообщило следователям следующее:
«...следственное управление ФСБ осуществляет расследование по уголовному делу № 171822 в отношении... членов незаконного вооруженного формирования «Имарат Кавказ»».
В рамках указанного уголовного дела Р.А. и Р.М. обвинялись в участии в незаконных вооруженных формированиях... Абдурахманов является свидетелем их преступной деятельности. В связи с этим запрос о проведении оперативно-розыскных мероприятий (исходящий № 6/3-3726 от 17 июня 2010 года) с целью установления его местонахождения и допроса был направлен в ФСБ Республики Дагестан...».
41.  28 сентября 2010 года следователи направили требование в Управление собственной безопасности МВД Республики Дагестан обязать сотрудников милиции М.Д., Д.М., М.З. и М.А. представить заявления для следствия по факту похищения. В письме говорилось, среди прочего, что первый заявитель настояла на проведении расследования похищения ее сына сотрудниками милиции из Центра по противодействию экстремизму и терроризму МВД РФ по РД.
42.  В тот же день, 28 сентября 2010 года, расследование по уголовному делу было приостановлено. Заявителям об этом не сообщили.
43.  В неустановленный день в октябре 2010 года заявители пожаловались в прокуратуру Каспийска на неосуществление следователями основных действий по расследованию похищения. 14 октября 2010 года прокурор города Каспийска сообщил заявителям о проведении расследования похищения.
44.  15 ноября 2010 года заявители потребовали, чтобы следователи осуществили определенные действия, включая допрос начальника Каспийского городского отдела внутренних дел (ГОВД) с целью выяснить, проводились ли специальные операции в населенном пункте 25 июня 2010 года, и указать причины сбора гильз с места преступления после стрельбы; допрос начальника Советского РОВД с целью установить основания для выезда домой к первому заявителя сотрудников милиции 25 июня 2010 года; допрос начальника Центра по противодействию экстремизму и терроризму МВД РФ по РД с целью выяснить, был ли Абдурахман Абдурахманов доставлен в Центр, и если да, то на каком основании.
45.  22 ноября 2010 года начальник следственного отдела города Каспийска подверг следователей критике по причине незаконной и преждевременной приостановки расследования и распорядился о возобновлении расследования и проведении ряда действий.
46.  23 ноября 2010 года следователи допросили сотрудников милиции М.Д. и М.З., которые показали, что 25 июня 2010 года они выезжали в дом первого заявителя с целью установить местонахождение Абдурахмана Абдурахманова в связи с подозрением в его участии в незаконных вооруженных формированиях. Первый заявитель сообщила им, что ее сына не было дома. Свидетели затем покинули дом и впоследствии узнали о похищении из местной газеты.
47.  24 ноября 2010 года заявители обратились к начальнику следственного отдела города Каспийска, в следственный отдел Республики Дагестан, прокурору города Каспийска и прокурору Республики Дагестан с жалобами на неосуществление следователями основных действий по расследованию похищения, несмотря на многочисленные доказательства, указывающие на участие в преступлении сотрудников правоохранительных органов. Они требовали дать следователям распоряжение ускорить проведение расследование и установление виновных лиц.
48.  30 декабря 2010 года заместитель начальника следственного отдела города Каспийска отклонил жалобу заявителей как необоснованную.
49.  Из представленных документов следует, что следствие по делу все еще не завершено.
В.  Судебное производство в отношении сотрудников правоохранительных органов
50.  19 июля 2010 года первый заявитель обратилась с жалобой в Советский районный суд города Махачкалы (далее — районный суд). Она представила подробное описание обстоятельств похищения ее сына и утверждала, что он был похищен сотрудниками правоохранительных органов. Заявитель ходатайствовала перед районным судом о вынесении распоряжения об осуществлении прокуратурой необходимых следственных действий и предоставлении ей информации о местонахождении Абдурахмана Абдурахманова.
51.  29 июля 2010 года суд запросил у МВД Дагестана информацию о том, задерживали ли сотрудники милиции родственника заявителей.
52.  12 августа 2010 года МВД Дагестана ответило суду, указав следующее:
«...25 июня 2010 года...группа сотрудников РОВД, в составе в том числе майора М.Д., старших лейтенантов Д.М. и М.З. и лейтенанта М.А., в соответствии с распоряжением следователя № 6/3-3726 от 17 июня 2010 года, вынесенного в рамках уголовного дела № 171822, возбужденного в соответствии с частью 1 статьи 186 (изготовление поддельных денег) и частью 1 статьи 205 (террористический акт) Уголовного кодекса, выехала [в дом первого заявителя в Махачкале] с целью установить местонахождение Абдурахмана Абдурахманова, который подозревался в совершении вышеупомянутых преступлений...».
В письме также говорилось о отсутствии какой-либо другой информации об указанном выезде.
53.  24 августа 2010 года районный суд отказал в удовлетворении жалобы заявителя от 19 июля 2010 года. В решении суда, среди прочего, указывалось следующее:
«...из письма начальника ФСБ Республики Дагестан А.Г., исходящий № 13465 от 2 июля 2010 года, следует, что распоряжение № 6/3 от 17 июня 2010 года было вынесено следственным управлением ФСБ Дагестана в рамках уголовного дела № 171822 с целью установить местонахождение Абдурахмана Абдурахманова... В соответствии с этим распоряжением сотрудники Советского РОВД выехали в дом [первого заявителя] А. Абдурахмановой и взяли у нее показания о местонахождении ее сына. Их действия не противоречат статье 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»...».
II.  СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА
54.  Для ознакомления с соответствующим внутригосударственным законодательством см. постановление Европейского Суда от 20 июня 2013 года по делу «Турлуева против России» (Turluyeva v. Russia) (жалоба № 63638/09, пункты 56-64).
ПРАВО
I.  ИСЧЕРПАНИЕ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВ ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ
А.  Заявления сторон
55.  Власти утверждали, что расследование исчезновения Абудрахмана Абдурахманова все еще не завершено. Кроме того, относительно жалобы на нарушение статьи 13 Конвенции власти возразили, что заявители могли обратиться в суд с жалобой на любые предполагаемые действия или бездействие со стороны следственных органов или подать гражданский иск с целью компенсации ущерба.
56.  Заявители оспорили утверждение властей. Они заявили, что единственное эффективное средство правовой защиты, а именно — расследование по уголовному делу, оказалось неэффективным.
Б. Оценка Европейского Суда
57.  Европейский Суд рассмотрит доводы сторон в свете положений Конвенции и соответствующей практики Суда (см. краткое изложение в постановлении от 12 октября 2006 года по делу «Эстамиров и другие против России» (Estamirov and Others v. Russia), жалоба № 60272/00, пункты 73–74).
58.  Европейский Суд отмечает, что российская правовая система предусматривает, в принципе, два способа обращения за помощью для потерпевших в результате незаконных или преступных действий со стороны государства или его представителей, а именно — гражданские и уголовные средства правовой защиты.
59.  Что касается гражданского иска с целью получения компенсации ущерба, причиненного предполагаемыми незаконными действиями или незаконным поведением представителей государства, Европейский Суд уже постановил в ряде подобных дел, что данная процедура сама по себе не может считаться эффективным средством правовой защиты в контексте жалоб, поданных на основании статьи 2 Конвенции (см. постановление от 24 февраля 2005 года по делу «Хашиев и Акаева против России» (Khashiyev and Akayeva v. Russia), жалобы №№ 57942/00 и 57945/00, пункты 119—21). В свете вышесказанного, Европейский Суд подтверждает, что заявители не были обязаны прибегать к гражданским средствам правовой защиты. В этой связи возражение властей отклоняется.
60.  Что касается уголовно-правовых средств защиты, то Европейский Суд отмечает, что заявители подали жалобу в правоохранительные органы после похищения Абдурахмана Абдурахманова и что расследование ведется с 28 июля 2010 года. Заявители и власти расходятся во мнения относительно эффективности расследования.
61.  Европейский Суд полагает, что возражение властей затрагивает проблемы эффективности расследования, которые тесно связаны с существом жалоб заявителей. Таким образом, Европейский Суд принимает решение изучить данное возражение при рассмотрении жалобы по существу и считает, что этот вопрос должен быть рассмотрен ниже.
II.  ОЦЕНКА СУДОМ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ И УСТАНОВЛЕНИЕ ФАКТОВ
A. Доводы сторон
62.  Заявители утверждали, что лица, похитившие Абдурахмана Абдурахманова, вне разумного сомнения являлись представителями государства. В обоснование своей жалобы они ссылались на нижеизложенные факты. Абудрахман Абдурахманов подозревался властями в участии в незаконных вооруженных формированиях (см. пункты 39, 40, 46и выше52); за два часа до похищения пятеро сотрудников Советского РОВД приехали в дом первого заявителя в Махачкале и предъявили постановление ФСБ о задержании (см. пункты 8, 13, 23, 39и52 выше). Затем в городе Каспийске, менее часа спустя, один из похитителей представился сотрудником милиции и вскоре после похищения на место прибыли сотрудники милиции и изъяли стреляные гильзы для сокрытия следов преступников. Преступники прибегли к насилию и не раздумывая применили огнестрельное оружие в присутствии множества свидетелей. Заявители также указали, что так как на момент представления ими замечаний в Европейский Суд Абдурахман Абдурахманов уже почти год как был пропавшим без вести, его можно считать умершим. Это предположение также подтверждается обстоятельствами его похищения, которые должны быть признаны опасными для жизни.
63.  Власти указали, что родственник заявителей был похищен неустановленными людьми и что ни поведение преступников, ни их транспортные средства не указывают на то, что они являлись представителями государства. Власти также утверждали, что не имелось доказательств того, что Абдурахман Абдурахманов мертв.
Б. Оценка обстоятельств дела Европейским Судом
64.  Европейский Суд отмечает, что в своей практике он выработал ряд общих принципов, относящихся к разрешению спорных вопросов, — в частности, заявлений о нарушениях основных прав (см. последнюю сводку в постановлении Большой Палаты от 13 декабря 2012 года по делу «Эль-Масри против Бывшей югославской Республики Македонии» (El Masri v. “the former Yugoslav Republic of Macedonia”), жалоба № 39630/09, пункты 151–53).
65.  В частности, Европейский Суд вынес постановления по ряду дел, касающихся исчезновений людей в регионах Северного Кавказа, находящихся под юрисдикцией России. Применяя вышеупомянутые принципы, Европейский Суд пришел к выводу, что заявителям достаточно заявить в отсутствии доказательств противного о похищении пропавших лиц представителями государства, таким образом находящихся под контролем властей, а власти при этом должны снять с себя бремя доказывания путем раскрытия документов, находящихся в их исключительном распоряжении, либо путем предоставления удовлетворительного и убедительного объяснения того, как именно произошли рассматриваемые события (о похищениях в Дагестане см., например, постановление от 14 марта 2013 года по делу «Алпату Исраилова против России» (Alpatu Israilova v. Russia), жалоба № 15438/05, и постановление от 12 июня 2012 года по делу «Умаровы против России» (Umarovy v. Russia), жалоба № 2546/08). Если власти не могут опровергнуть данное утверждение, то возникает вопрос нарушения статьи 2 Конвенции в ее материальном аспекте. И наоборот, если заявители не могут сделать заявление в отсутствии доказательств противного, то бремя доказывания не может быть возложено на власти (см., например, постановление от 3 мая 2012 года по делу «Шафиева против России» (Shafiyeva v. Russia), жалоба № 49379/09, пункт 71).
66.  С учетом заявлений сторон об обстоятельствах похищения (см. пункты 8-11 выше), Европейский Суд заключает, что материалы, находящиеся в его распоряжении, свидетельствую о достоверности утверждений заявителей по следующим причинам. Во-первых, похитители, которые прибыли на гражданском автомобиле, действовали организованной группой, без колебаний применили огнестрельное оружие и осуществили похищение на улице днем в присутствии свидетелей. Один из них сообщил второму заявителю, что они из милиции. Во-вторых, группа сотрудников местной милиции прибыла на место преступления сразу после происшествия и собрала гильзы, оставленные похитителями. В-третьих, выезд сотрудников милиции в дом первого заявителя в Махачкале в поисках Абдурахмана Абдурахманова, подозреваемого в участии в террористической деятельности, лишь за час до его похищения в городе Каспийске, дает основания полагать, что эти два события взаимосвязаны. Кроме того, следователи не приняли никаких серьезных мер для проверки возможных других мотивов похищения, например, кровная месть, выкуп, наркотики или вражда. Никаких серьезных действий не было предпринято для проверки данных гипотез, и не было получено какой-либо информации о том, что похитители могли быть кем-то еще кроме представителей государства (см., для сравнения, постановление от 10 января 2008 года по делу «Зубайраев против России» (Zubayrayev v. Russia), жалоба № 67797/01, пункт 81). Наконец, нежелание правоохранительных органов принимать активное участие в расследовании данного дела, наряду с соответствующими утверждениями заявителей о том, что сотрудники правоохранительных органов были причастны к произошедшему (см., например, пункт47 выше), дает Европейскому Суду основания заключить, что заявители имели в наличии достаточные доказательства похищения их родственника Абдурахмана Абдурахманова представителями государства. Заявление властей о том, что следователи не обнаружили каких-либо доказательств причастности сотрудников правоохранительных органов к исчезновению Абдурахмана Абдурахманова, является недостаточным снятия с себя вышеупомянутого бремени доказывания. Рассмотрев документы, представленные сторонами, и сделав выводы в результате непредоставления властями другого правдоподобного объяснения рассматриваемых событий, Европейский Суд приходит к выводу, что Абдурахман Абдурахманов был задержан 25 июня 2010 года представителями государства (см. аналогичную ситуацию в постановлении от 18 апреля 2013 года по делу «Асхабова против России» (Askhabova v. Russia), жалоба № 54765/09, пункт 135).
67.  С момента задержания никаких достоверных известий о Абдурахмане Абдурахманове не поступало. Власти не представили объяснений того, что с ним случилось после задержания.
68.  Европейский Суд считает, что в ситуации, когда человек задержан неизвестными сотрудниками милиции без последующего признания факта задержания, а затем пропадает на несколько лет, может рассматриваться как угрожающая его жизни. Отсутствие Абдурахмана Абдурахманова или каких-либо известий о нем в течение более чем пяти лет подтверждает это предположение.
69.  Соответственно, Европейский Суд полагает, что имеющиеся доказательства позволяют ему установить в рамках требуемого принципа доказывания, что Абдурахман Абдурахманов должен быть признан умершим после несанкционированного задержания представителями государства.
III.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 2 КОНВЕНЦИИ
70.  Заявители жаловались на нарушение статьи 2 Конвенции в связи с тем, что их родственник, Абдурахман Абдурахманов, был похищен и впоследствии лишен жизни представителями государства, и что российские власти не провели соответствующего эффективного расследования. Статья 2 гласит:
«1.  Право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание».
2.  Лишение жизни не рассматривается как нарушение настоящей статьи, когда оно является результатом абсолютно необходимого применения силы:
(a)  для защиты любого лица от противоправного насилия;
(b)  для осуществления законного задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях;
(c)  для подавления, в соответствии с законом, бунта или мятежа”.
А.  Заявления сторон
71.  Власти утверждали, что национальными следственными органами не было получено никаких доказательств того, что Абдурахман Абдурахманов мертв, или что представители государства причастны к его похищению. Власти также утверждали, что расследование похищения соответствовало требованиям Конвенции об эффективности.
72.  Заявители утверждали, что Абдурахман Абдурахманов был похищен представителями государства и впоследствии убит, и что расследование дела было неэффективным. В частности, они утверждали, что следователи либо не предпринимали важных следственных действий, либо совершали такие действия с опозданием и с серьезными нарушениями.
Б. Оценка Европейского Суда
1.  Приемлемость жалобы
73.  С учетом доводов сторон, Европейский Суд считает, что в жалобе затронуты серьезные фактические и правовые вопросы в рамках Конвенции, решение которых требует рассмотрения дела по существу. Кроме того, Европейский Суд уже указал, что вопрос исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты должен быть рассмотрен наряду с существом жалобы (см. пункт61 выше). Следовательно, жалоба на нарушение статьи 2 Конвенции должна быть признана приемлемой.
2.  Существо жалобы
(a)  Предполагаемое нарушение права на жизнь Абдурахмана Абдурахманова
74.  Европейским Судом уже было установлено, что Абдурахман Абдурахманов должен считаться погибшим после несанкционированного задержания представителями государства. В отсутствие каких-либо объяснений произошедшего со стороны властей, Европейский Суд считает, что ответственность за его смерть может быть возложена на государство, и что в данном деле было допущено нарушение статьи 2 Конвенции в ее материальном аспекте.
(б)  Эффективность расследования исчезновения Абдурахмана Абдурахманова
(i)  Общие принципы
75.  Обязательство защищать право на жизнь в соответствии со статьей 2 Конвенции подразумевает необходимость в той или иной форме провести эффективное официальное расследование (см. постановление от 27 сентября 1995 года по делу «Макканн и другие против Соединенного Королевства» (McCann and Others v. the United Kingdom), пункт 161, Series A № 324).
76.  Власти должны действовать по собственной инициативе, как только им становится известно о произошедшем; недопустимо оставлять подачу официальной жалобы или принятие ответственности за проведение каких-либо следственных действий на усмотрение близких родственников (см., например, постановление от 24 февраля 2005 года по делу «Исаева против России» (Isayeva v. Russia), жалоба № 57950/00, пункт 210).
77.  В данном случае также подразумевается соблюдение требований своевременности и разумной оперативности. Необходимо признать наличие возможных препятствий или трудностей, которые мешают ходу расследования конкретной ситуации. Тем не менее, в целом можно считать, что незамедлительная реакция властей принципиально важна для поддержания общественного доверия к принципу верховенства права и предотвращения любого вида сговора или допущения противоправных действий (см. постановление по делу «Маккерр против Соединенного Королевства» (McKerr v. the United Kingdom), жалоба № 28883/95, пункт 114, ECHR 2001III, с дальнейшими ссылками).
78.  Расследование должно быть эффективным в том смысле, что оно должно привести к установлению личностей виновных и их наказанию (см. постановление Большой Палаты по делу «Огур против Турции» (Ögur v. Turkey), жалоба № 21954/93, пункт 88, ECHR 1999-III). Это обязательство подразумевает принятие мер, а не получение результатов. Власти должны были принять все доступные им разумные меры для того, чтобы обеспечить доказательства по делу (см., например, постановление Большой Палаты по делу «Салман против Турции» (Salman v. Turkey), жалоба № 21986/93, пункт 106, ECHR 2000VII; и постановление Большой Палаты по делу «Танрикулу против Турции» (Tanrıkulu v. Turkey), жалоба № 23763/94, пункт 109, ECHR 1999-IV). Любой недостаток расследования, делающий невозможным установление личностей виновных, может привести к нарушению данного стандарта.
79.  Чтобы расследование убийства, предположительно совершенного представителями государства, могло считаться эффективным, необходимо, чтобы лица, ответственные за его проведение и проводящие его, были независимы от лиц, связанных с расследуемым преступлением (см., например, постановление от 27 июля 1998 года по делу «Гюлеч против Турции» (Güleç v. Turkey), пункты 81-82, Сборник постановлений и решений 1998IV, и упоминавшееся выше постановление Большой Палаты по делу «Огур против Турции» (Ögur v. Turkey), пункты 91-92). Это означает не только отсутствие иерархической или институциональной связи, но и практическую независимость(см., например, постановление от 4 мая 2001 года по делу «Шэнахан против Соединенного Королевства» (Shanaghan v. the United Kingdom), жалоба № 37715/97, пункт 104).
80.  Кроме того, необходимо осуществление общественного контроля за расследованием и его результатами, чтобы обеспечить подотчетность следователей не только в теории, но и на практике. Пределы требуемого общественного контроля могут варьироваться в зависимости от дела. Однако в любом случае родственники потерпевшего должны иметь возможность участвовать в процессе в объеме, необходимом для обеспечения их законных интересов (см. постановление по делу «Маккерр против Соединенного Королевства» (McKerr v. the United Kingdom), жалоба № 28883/95, пункт 115, ECHR ЕСПЧ  2001III).
(ii)  Применение вышеупомянутых принципов к настоящему делу
81.  В настоящем деле было проведено расследование похищения Абдурахмана Абдурахманова. Европейскому Суду надлежит оценить, соответствовало ли расследование требованиям статьи 2 Конвенции.
82.  Европейский Суд отмечает, что заявители сообщили властям о похищении 26 июня 2010 года (см. пункт13 выше). Официальное расследование было начато 28 июля 2010 года, то есть, более чем через месяц после получения официальной жалобы заявителей (см. пункт 32выше). С самого начала расследования заявитель утверждала, что сотрудники правоохранительных органов были причастны к произошедшему (см. пункты 13, 15, 19 и 21выше). Несмотря на тот факт, что следователи получили эту информацию сразу после похищения, никаких незамедлительных действий не было предпринято для допроса сотрудников милиции из Советского РОВД или для установления сотрудников, которые собрали гильзы, оставленные похитителями, или для установления транспортного средства похитителей, даже несмотря на то, что имелась информация о его регистрационном номере (см. пункты 35-41 выше). Такие действия были осуществлены либо несколько месяцев спустя, либо вообще не были осуществлены (см. пункты 44и 46-47 выше). Вместо допроса как минимум пятерых свидетелей похищения по ходатайству заявителей (см. пункт 19выше), следователи ограничились получением показаний только от троих из них и лишь через пятнадцать дней после получения этой информации (см. пункты35 и36 выше). Также, несмотря на утверждение заявителей о том, что после похищения их родственника могли содержать под стражей в помещениях Центра по противодействию экстремизму и терроризму МВД РФ по РД (см. пункт 28 выше), следователи эту версию не стали рассматривать.
83.  Кроме того, из представленных документов следует, что надзирающие органы неоднократно подвергали критике действия следователей за неосуществление важных следственных действий (см. пункты 39и 45выше) и давали указания по принятию мер для исправления ситуации. Данные указания не были выполнены.
84.  Что касается производства в целом, Европейский Суд отмечает, что расследование было начато 28 июля 2010 года и приостановлено уже 28 сентября 2010 года, лишь два месяца спустя, без принятия необходимых мер в течение наиболее важного начального этапа производства. Эта приостановка стала предметом критики со стороны надзорного органа (см. пункт 45выше). Эта преждевременная приостановка в ситуации, в которой не было предпринято крайне важных действий, а также нежелание правоохранительных органов возбуждать уголовное дело, подрывали работу следователей по выявлению и наказанию виновных (см. упоминавшееся выше постановление по делу «Огур против Турции» (Ögur v. Turkey), пункт 88).
85.  Что касается требования общественного контроля, Европейский Суд отмечает, что вскоре после возбуждения дела, 29 июля 2010 года, первый заявитель была признана потерпевшей и допрошена (см. пункт 34выше). Тем не менее, ей не сообщили о приостановке расследования (см. пункт42 выше) и в отсутствие информации о ходе производства она подала жалобу в национальный суд (см. пункты 50-53 выше). Учитывая вышеизложенные факторы, еще предстоит рассмотреть вопрос о том, имела ли она возможность эффективной защиты своих законных интересов в рамках данного производства.
86.  Власти утверждали, что первый заявитель могла потребовать судебного пересмотра постановлений следственных органов в рамках исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты. Европейский Суд признает, что, в принципе, это средство может представлять собой значимую защиту от произвола со стороны следственного органа, учитывая право суда на отмену оспариваемого постановления и определение упущений и недостатков, которые должны быть рассмотрены.
87.  Однако Европейский Суд сильно сомневается в эффективности такого средства правовой защиты в обстоятельствах настоящего дела по нижеследующим причинам. При расследовании столь тяжкого преступления, как похищение, было бы разумно предположить, что власти приняли все возможные меры по собственной инициативе, чтобы установить местонахождение похищенного человека и установить личности виновных. Если предположить, что вместе с доступом к материалам дела заявитель получила возможность оценить ход расследования с учетом распоряжений надзирающих прокуроров от 2 сентября и 22 ноября 2010 года (см. пункты39 и 45выше), то можно было бы предположить, что недостатки расследования были бы устранены, и необходимые меры были бы приняты. Тем не менее, следователи приостановили производство, не выполнив при этом указаний или не предприняв необходимых действий.
88.  В такой ситуации даже если бы заявитель впоследствии подала жалобу на действия следователей, с учетом того, что производство по делу велось в течение еще нескольких месяцев, крайне сомнительно, что ее жалоба позволила бы исправить недостатки расследования путем привлечения к ним внимания национального суда. В этой связи Европейский Суд напоминает, что недопустимо оставлять подачу официальной жалобы или принятие ответственности за проведение каких-либо следственных действий на усмотрение близких родственников (см., mutatis mutandis, постановление Большой Палаты по делу «Ильхан против Турции» (İlhan v. Turkey), жалоба № 22277/93, пункт 63, ECHR 2000VII)): органы власти должны исполнять свои обязательства, принимая все меры по собственной инициативе и демонстрируя, что они приняли все доступные им необходимые меры для обеспечения получения доказательств. Любой недостаток расследования, делающий невозможным установление личностей виновных, может привести к нарушению данного стандарта (см., например, упоминавшееся выше постановление Большой Палаты по делу «Салман против Турции» (Salman v. Turkey), пункт 106; и упоминавшееся выше постановление по делу Танрикулу (Tanrikulu v. Turkey), пункт 109).
89.  Тем не менее из материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, следует, что необходимые следственные действия, которые следовало выполнить сразу после получения соответствующих данных, выполнены не были, несмотря на прямые указания надзирающих органов (см. пункты 39 и 45 выше). Подобная неспособность действовать своевременно привела к ненужным задержкам и потерям времени ввиду непринятия мер, которые могли бы принести результаты. Таким образом, весьма сомнительно, что ход расследования можно было бы ускорить или эффективно на него повлиять в случае, если бы заявитель обжаловал решения следователей. Соответственно, Европейский Суд считает, что указанное властями средство правовой защиты являлось неэффективным в обстоятельствах настоящего дела, и отклоняет их возражение в отношении неисчерпания заявителями внутригосударственных средств правовой защиты в отношении данного расследования по уголовному делу.
90.  В свете вышеизложенного Европейский Суд считает, что власти не провели эффективного уголовного расследования обстоятельств исчезновения Абдурахмана Абдурахманова в нарушение статьи 2 в ее процессуальном аспекте.
IV.  ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ СТАТЕЙ 3, 5 И 13 КОНВЕНЦИИ
91.  Заявители жаловались на нарушение статей 3 и 5 Конвенции в связи с душевными страданиями, которые они испытали из-за исчезновения их близкого родственника и незаконности его задержания. Они также утверждали, что вопреки статье 13 Конвенции они не располагали доступными внутригосударственными средствами правовой защиты в отношении предполагаемых нарушений, в частности, нарушений статьи 2 Конвенции. Соответствующие части указанных статей гласят:
Статья 3
«Никто не должен подвергаться пыткам и бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».
Статья 5
«1.  Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:..
(c)  законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения...»
2.  Каждому арестованному незамедлительно сообщаются на понятном ему языке причины его ареста и любое предъявляемое ему обвинение.
3.  Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом «с» пункта 1 настоящей статьи незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, наделенному согласно закону судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд.
4.  Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным.
5.  Каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушение положений настоящей статьи, имеет право на компенсацию.
Статья 13
«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».
А.  Заявления сторон
92.  Власти не согласились с утверждениями заявителей.
93.  Заявители поддержали свои жалобы.
Б. Оценка Европейского Суда
1.  Приемлемость жалобы
94.  Европейский Суд отмечает, что данные жалобы не являются явно необоснованными в значении подпункта «а» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что они не являются неприемлемыми по каким-либо иным основаниям. Следовательно, они должны быть признаны приемлемыми.
2.  Существо жалобы
95.  Европейский Суд неоднократно признавал, что ситуация с насильственным исчезновением приводит к нарушению статьи 3 Конвенции в отношении близких родственников потерпевшего. Суть подобного нарушения заключается не столько в самом факте «исчезновения» члена семьи, сколько в том, как власти отреагировали и какова была их позиция в отношении к произошедшему после того, как им стало о нем известно (см. постановление от 18 июня 2002 года по делу «Орхан против Турции» (Orhan v. Turkey), жалоба № 25656/94, пункт 358; и постановление по делу «Имакаева против России» (Imakayeva v. Russia), жалоба № 7615/02, пункт 164, ECHR 2006XIII (извлечения)). Если известию о гибели пропавшего лица предшествует достаточно длительный период времени, когда оно считается пропавшим, в течение определенного периода заявители остаются в неопределенности и испытывают душевную боль и страдания, связанные с исчезновениями (см. постановление по делу «Лулуев и другие против России» (Luluyev and Others v. Russia), жалоба № 69480/01, пункт 115, ECHR 2006-XIII (извлечения)).
96.  Аналогичным образом Европейский Суд неоднократно отмечал, что несанкционированное задержание является полным отрицанием этих гарантий и серьезным нарушением статьи 5 Конвенции (см. постановление от 27 февраля 2001 года по делу «Чичек против Турции» (Çiçek v. Turkey), жалоба № 25704/94, пункт 164; упоминавшееся выше постановление по делу «Лулуев и другие против России» (Luluyev and Others v. Russia), пункт 122; и постановление от 18 декабря 2012 года по делу «Аслаханова и другие против России» (Aslakhanova and Others v. Russia), жалобы №№ 2944/06, 8300/07, 50184/07, 332/08 и 42509/10, пункт 132).
97.  Европейский Суд напоминает о своих выводах об ответственности властей за похищение и непроведение надлежащего расследования в отношении судьбы Абдурахмана Абдурахманова. Он считает, что заявители, являющиеся матерью и женой пропавшего, должны быть признаны жертвами нарушения статьи 3 Конвенции ввиду испытанных ими душевных страданий и мучений, а также ввиду того, что они продолжают страдать в результате невозможности узнать о судьбе их пропавшего родственника, и из-за того, каким образом рассматриваются их жалобы.
98.  Кроме того, Европейский Суд подтверждает, что поскольку было установлено, что Абдурахман Абдурахманов был задержан представителями государства при явном отсутствии на то законных оснований и без признания факта задержания, то такое задержание является особенно серьезным нарушением права на свободу и личную неприкосновенность, закрепленного в статье 5 Конвенции.
99.  Европейский Суд напоминает о своих выводах об общей неэффективности уголовных расследований по делам, аналогичным рассматриваемому. В отсутствие результатов уголовного расследования любое иное возможное средство правовой защиты на практике становится недоступным.
100.  Поэтому Европейский Суд считает, что заявители не располагали эффективным внутригосударственным средством правовой защиты в отношении своей жалобы, поданной на основании статьи 2, в нарушение статьи 13 Конвенции (см., например, упоминавшееся выше постановление по делу «Аслаханова и другие против России» (Aslakhanova and Others v. Russia), пункт 157).
V.  ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
101.  Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд приходит к заключению, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутригосударственное право Высокой договаривающейся стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
А. Требование заявителей о проведении дальнейшего расследования
102.  Заявители также требовали, ссылаясь на статью 41 Конвенции, чтобы по факту похищения их родственника было проведено независимое расследование, соответствующее требованиям Конвенции. В данной связи они полагались на постановление Большой Палаты по делу «Ассанидзе против Грузии» (Assanidze v. Georgia) (жалоба № 71503/01, пункты 202-03, ECHR 2004-II).
103.  Власти возразили, что расследование похищения родственника заявителей было осуществлено в полном соответствии с национальным законодательством.
104.  Европейский Суд обращает внимание, что уже указывал на ряд мер, подлежащих принятию российскими властями для решения проблемы непроведения расследования исчезновений людей на Северном Кавказе (см. упоминавшееся выше постановление по делу «Аслаханова и другие против России» (Aslakhanova and Others v. Russia), пункт 221).
105.  С учетом вышесказанного, Европейский Суд считает целесообразным предоставить властям государства-ответчика возможность выбора способов, используемых в национальном праве (см. также постановление от 10 октября 2013 года по делу «Яндиев и другие против России» (Yandiyev and Others v. Russia), жалобы №№ 34541/06, 43811/06 и 1578/07, пункты 146-47).
Б. Ущерб
106.  Заявители не требовали возмещения материального ущерба. Что касается морального вреда, то они оставили определение размера компенсации на усмотрение Европейского Суда.
107.  Власти указывали, что если в деле заявителей будет обнаружено нарушение Конвенции, они выплатят справедливую компенсацию.
108.  Европейский Суд установил нарушение статей 2, 3, 5 и 13 Конвенции в деле заявителей и таким образом согласен с тем, что им был нанесен моральный вред. Суд присуждает заявителям 60 000 евро, включая любой налог, которым может облагаться данная сумма.
В.  Расходы и издержки
109.  Интересы заявителей представляли юристы Европейского центра защиты прав человека / «Мемориала». Совокупный размер их требования по возмещению расходов и издержек, связанных с судебным представительством, составил 3 090 фунтов стерлингов (приблизительно 4 170 евро) со следующей разбивкой расходов:
а) 900 фунтов стерлингов — оплата шести часов работы адвоката Джессики Гаврон (Jessica Gavron), практикующей в Великобритании, по ставке 150 фунтов стерлингов в час;
б) 1 770 фунтов стерлингов — расходы на перевод документов; и
в) 420 фунтов стерлингов — административные расходы и издержки.
Заявители представили копии счетов с разбивкой понесенных расходов.
110.  Власти оспорили обоснованность и необходимость указанных издержек. Они указали, что эти издержки не были надлежащим образом учтены и обоснованы, «за исключением двух счетов общего характера», и предложили Европейскому Суду отклонить эту часть требований.
111.  В первую очередь Европейскому Суду предстоит установить, действительно ли были понесены расходы и судебные издержки, и, во-вторых, являлись ли они необходимыми (см. упоминавшееся выше постановление по делу «Макканн и другие против Соединенного Королевства» (McCann and Others v. the United Kingdom), пункт 220).
112.  С учетом подробных сведений, представленных заявителями, Европейский Суд удовлетворен тем, что они отражают необходимые расходы, фактически понесенные представителями заявителей.
113.  Учитывая детализацию требований, поданных заявителями, Европейский Суд присуждает им 3 000 евро, плюс подоходный налог, если он начисляется на данную сумму, которая подлежит перечислению на банковский счет представителей в Соединенном Королевстве, указанный заявителями.
Г.  Проценты за просрочку платежа
114.  Европейский Суд считает приемлемым, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере, равном предельной годовой процентной ставке Европейского Центрального банка, плюс три процентных пункта.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1.  объединил возражения властей относительно неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты с рассмотрением дела по существу и отклонил данные возражения;

2.  признал данную жалобу приемлемой;

3.  постановил, что было допущено нарушение статьи 2 Конвенции в ее материальном аспекте в отношении Абдурахмана Абдурахманова;

4.  постановил, что в настоящем деле было допущено нарушение статьи 2 Конвенции в ее процессуальном аспекте в связи с непроведением эффективного расследования исчезновения Абдурахмана Абдурахманова;

5.  постановил, что в настоящем деле было допущено нарушение статьи 3 Конвенции в отношении заявителей;

6.  постановил, что в настоящем деле было допущено нарушение статьи 5 Конвенции в отношении Абдурахмана Абдурахманова;

7.  постановил, что было допущено нарушение статьи 13 в совокупности со статьей 2 Конвенции;

8.  постановил,
(а)  что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителям следующие суммы, переведенные в валюту государства-ответчика по курсу, установленному на день выплаты, за исключением выплат в отношении возмещения расходов и издержек:
(i)  60 000 (шестьдесят тысяч) евро в качестве компенсации морального вреда, включая любой налог, которым может облагаться данная сумма;
(ii)  3 000 (три тысячи) евро в качестве компенсации расходов и издержек, включая любой налог, которым может облагаться данная сумма; при этом присужденная сумма компенсации после всех вычетов подлежит переводу на указанный заявителями банковский счет их представителя в Соединенном Королевстве;
(б)  что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации на данную сумму начисляются простые проценты в размере, равном предельной учетной ставке Европейского Центрального банка в течение периода начисления пени, плюс три процентных пункта;

9.  отклонил остальную часть требований заявителей относительно справедливой компенсации.
Совершено на английском языке; уведомление о постановлении направлено в письменном виде 22 сентября 2015 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
	Андрэ Вампаш	Андраш Шайо	Заместитель Секретаря Секции	Председатель